плетение всегда успею, а вот повторить данный опыт… не уверен!
Соратники понятливо кивнули. Умение подвешивать плетение в ауре у чародеев Корпуса уже перестало считаться чем-то необычным, но одно дело не самые сложные чары, а совсем другое – нечто поистине грандиозное и могущественное.
– Владыка, а может, попробуем еще раз загнать его в меч? – спросил Гхол.
К’ирсан досадливо поморщился.
– Не получится, можно уже считать это доказанным. Печать Истинного имени искажает и корежит чистую сущность Ловчего, перестраивает под ограничения клинка, трансформирует и подчиняет новым законам. Любое серьезное вмешательство в процесс либо невозможно, либо чревато разрушением всего артефакта, – пояснил он. – Придется довольствоваться тем, что есть. Разве что по мелочи добавлю что-нибудь, да и то особой надежды нет. Хорошо хоть ранее успел изменить привязку Имени на привязку к силе крови.
– Зачем? – удивился Канд, чем тут же заработал снисходительную усмешку Учителя.
– Чтобы «игрушкой» когда-нибудь смог воспользоваться потомок Владыки, балбес! – фыркнул Верховный маг.
И эта фраза поставила точку в обсуждении неудавшегося ритуала.
Лишь много позже, когда закончилась суета с зачисткой следов волшбы, отданы все необходимые приказы по организации расследования проникновения в хранилище и предупреждению чего-то подобного в будущем, когда король смог остаться наедине с собственными мыслями, он констатировал провал всех своих усилий по расширению магического арсенала. Новую колдовскую дубину создать не получилось, и в грядущие противостояния ему явно предстоит вступить с уже известными противнику чарами. А это очень нехорошо. Особенно в свете стремительно растущей мощи Рошага, а также до сих пор неизвестных возможностей Светлых эльфов и всех остальных участников Большой игры.
И как тут быть – непонятно. К’ирсан вынужден был смириться с мыслью, что подошел к пределу своих способностей. Чтобы двигаться дальше, требовалась помощь сотен подготовленных исследователей и годы работы, однако пока у него не было ни того ни другого. Что-то, конечно, удалось выменять у М’Ллеур, но… Темный Оррис побери, проклятое «но»! Ему нужны не дешевые фокусы, а нечто действительно могучее, способное перевернуть ход сражения!
Интуиция подсказывала, что подобным новым оружием может стать магия логов или магия Пространства, но доступные ему знания по этому направлению Искусства были неполные и не давали цельной картины. Это лучше, чем ничего, но и прорыва со столь скудным базисом ждать не стоило. Вот если бы удалось наложить лапу на исследования тех же нолдцев…
Собственный оптимизм заставил К’ирсана сначала усмехнуться, а затем натолкнул на простую мысль: какого мархуза он сразу отметает эту идею? Агенты среди бывших членов посольства Республики в Западном Кайене у него есть, да и сам бывший посол, считай, «прикормлен»… Почему бы не сориентировать людей Кунише в данном направлении? Пусть поработают, наладят контакты, глядишь, что и получится. И не факт, что секреты придется воровать. В конце концов, даже среди Истинных у свежеиспеченного императора есть если не союзники, то сочувствующие. Тот же Бримс… Зря он, что ли, выходил тогда на контакт и предупреждал о драконах?! Пора налаживать связи, пора!..
Глава 6
Минош всегда ненавидел дурные сюрпризы или хотя бы даже просто опасные неожиданности, искренне считая их не проявлениями злого рока, а признаком собственной ограниченности. Принадлежа к элите М’Ллеур, он верил, что по-настоящему сильный никогда не следует воле обстоятельств, а торит свой жизненный путь сообразно собственным желаниям и возможностям. Невзирая ни на какие выверты судьбы. Более того, именно эта способность и делает сильного сильным. И не важно, о ком идет речь – об отдельном разумном, какой-то организации или целой стране, – если ты хочешь быть лучшим, будь готов отстаивать это звание в любой момент и в противостоянии с кем угодно.
На самом деле не самое худшее жизненное кредо, жаль только, как выяснилось, не очень хорошо вписывающееся в картину реального мира. Потому как нельзя быть самым сильным – всегда найдется кто-то сильнее, и уж точно нельзя все предусмотреть и рассчитать – вокруг слишком много такого, что одним своим появлением на сцене способно поломать любую, пусть даже самую изощренную игру.
Вот казалось бы, М’Ллеур заранее знали о грядущих для народа Ночи тяжелых временах. Готовились, прикидывали варианты, копили козыри и даже били на упреждение… Так, хоть и с помощью К’ирсана Кайфата, но все же решили проблему голодающих орков. Разобрались с угрозой удара со стороны Светлых собратьев и сочли ее преждевременной. Предусмотрели активность монстров из Темного океана. Ну и наконец, подготовились к войне с Тлантосом. Однако, несмотря на все принятые меры, столкновение с реальностью показало всю тщетность попыток лидеров М’Ллеур провести свой народ по безопасному фарватеру в бушующем море невзгод и катастроф.
В государство Темных пришла война, и выяснилось, что противник гораздо опаснее, могущественнее и смертоноснее, чем они могли себе вообразить. И главное, кто оказался той жуткой угрозой для древней расы?! Смертные людишки, тлантосцы, ведомые недобитыми некромантами и магами Мрака.
Стыдно признаться, но Минош до последнего момента верил, что грядущая война с беспокойным южным соседом станет войной позиционной. В которой ни одна из сторон не сможет получить серьезного преимущества. Ни легионы Фердинанда, увязнувшие в непролазных джунглях и постепенно теряющие силы от клинков и стрел летучих отрядов и изощренных чар магов М’Ллеур. Ни армия Темных, попросту не готовая к вторжению в государство некромантов, в ходе которого придется разменивать бесценные жизни эльфов на победы в никому не нужных битвах. Да, такая война тяжелым бременем легла бы на плечи государства Ночи, но не более того. Все неизбежно закончилось бы разгромом смертных и присоединением к лесу М’Ллеур очередного куска земли. Благо по такой схеме уже проходило несколько прошлых столкновений.
Однако на этот раз все пошло совсем по другому сценарию.
Тлантосцы оказались гораздо лучше подготовленными, чем можно было даже представить. Разведка М’Ллеур ухитрилась проглядеть и ждущие своего часа отряды нечисти, и заготовленные призывы могущественных демонов, и выращенные орды химер. А какие-то секреты им до сих пор неизвестны!
За первые седмицы войны Ночные эльфы потеряли сразу четыре небольших поселения неподалеку от границы с Тлантосом. Причем если в двух случаях все решила разница в численности сражающихся – маги Фердинанда перекрыли выходы с Лесных троп и задавили защитников непрерывно накатывающими волнами нежити, – то в двух других М’Ллеур проиграли качественно.
Осаду городка под названием Лист-на-Воде лично Минош не наблюдал, но, по словам немногочисленных выживших очевидцев, тлантосцы взяли его практически с ходу, невзирая на готовность жителей к обороне. Какая-то циклопических размеров тварь молниеносно проломила магический купол вокруг поселения, а ворвавшиеся в образовавшийся
